Кимры с наскоку не возьмешь

Окт 07 2010

В населенном пункте Кимры тоска зимой усиливается до подобной пронзительности, что аж в ушах звенит. Словно старая знакомая жалуется на жизнь: это плохо, то, се. На вокзале - скособоченная изба, где на древесных ящиках пьют водку рыбаки, а кассирши никогда не бывает. В сторону вошедшего оборачиваются недоверчиво, будто чужого чуют. А сама изба спит, посапывая и выводя губами во сне: ки-мр-р-р-ы-ы-ы!!!

Кассирша словно бы на метле в трубу влетает мин. за 15 до электрички. И билеты в счастливое завтра выдает. И тут я уже уверенным шагом иду к территории перед станцией под наименованием Савелово, где пропасть такси, чтоб дойти до ближайшей гостиницы. Однако безуспешно. Все до одного "заказаны". И даже в то время, когда уже вроде бы все пассажиры электрички укатили восвояси, без разницы: Ки-мры! Я уговариваю таксиста, как кисейную барышню, а он все не желает ни ехать, ни не ехать. Все глядит вдаль, будто пробует высмотреть что-то такое, чего мне неведомо. После нечто такое заявляет. Невнятно, будто жует чебурек, запивая его пивом. Заявляет о том, по какой причине он не может, не желает никуда ехать, не ехать и, кажется, - жить. Ехать, оказывается, без разницы некуда:

- А мне похрен, у меня работа почасовая, я вообще могу на месте все времена простоять!

Неподалеку от того благословенного места, где пустил данные мощные корни "похрен", кирпичная развалюшка. И на стене как-то криво выведено: хлеб. Ан нет ни дверей, ни окон.

Кимры с наскоку не возьмешь, лишь сопли по щекам размажешь и обозлишься по-московски. Мол, эвона чего удумали, а ну-ка поворотись, зараза, к лесу задом, а ко мне передом. Однако не здесь-то было. Кимры - они и без тебя стояли здесь пятьсот лет и еще столько же простоят. И все им похрен.

В гостиницу прибываю практически за полночь. Консьержка за окошечком, выдавая ключи, спрашивает: "С бельем?" Мы понятливые, если с "бельем", то в гостиницу, а ежели - без, то в нумера. С девицами. Видать, деликатные. Предупреждают: если что, мол. В ресторане - вой, веселье, "малина" гуляет... А я - чего. Поесть бы. Или даже так - пошамать!

Утром сквозь шторы - белый просвет, будто всю ночь я шел по темному тоннелю. За окнами застывшая, как студень, Волга. За Волгой - трубы, домишки, Кимры. За углом у выхода из гостиницы табличка из гранита: "Выдающийся автор Александр Александрович Фадеев... Был рожден в бывшем поселке Кимры 24 дек. 1901 г.". Непонятно, то ли был рожден в этом самом месте, где гостиница с нумерами без белья, то ли вообще появился на свет. Ну и то сахар. В Кимрах и Фадееву рад, будто старому доброму знакомому. Хоть за нечто зацепился поутру - и то хорошо. А ведь где-то тут бывал и Мандельштам. Однако таблички об этом историческом событии нету. И не нужно. Жизнь - она такая беспечная штука, в особенности когда холодком идешь вдоль примершей к гранитному побережье Волги, что не нужно ее усложнять. Существовал тут Мандельштам или не существовал?

Кимры - они данные. Там театр трагедии и комедии на месте собора, там Ленин на развалины указует, словно он там жил, заседал или дуба дал. Все не просто так, а с умыслом. Каким этим умыслом? Не знаю. И где его искать, также неведомо. Иду в чайную попить чайку с пирогами. Девушки в халатиках - будто аониды в клубах чайного парочка. И пироги пышут, и сдоба ароматными боками жаром обдает. Ох, уж эти провинциальные аониды. Есть в этом сдобном аромате, округлых мучных прелестях, парах заоблачных - своя небезызвестная прелесть. И ничего вроде бы и не сказала подобного, а только поглядела обыкновенно, будто мимо, и коротко кинула: "30 руб. 45 копеек!" Однако как вдруг заекала селезенка где-то под микитками. Аониды провинциальные - они так имеют возможность произнести по-особому "30 руб. 45 копеек", что, кажется, вот и жизнь бы отдал за эти 30 руб. 45 копеек. И сдачи не взял. А хрипло проорал: "На чай!" Однако лишь бы припасть к источнику вдохновения. И пить не насытясь! После чаю мир кругом проясняется, горизонт четко прочерчен лесополосой. Руины домиков чередуются с избами деревянными, как домино. Российский древесный модерн! Это оттуда на метле в кассы на вокзал кассирша вылетает за 15 мин. до электрички.

Здесь проживает деревянная душа кикиморы. С резными наличниками и узорочьем серовато-свекольных тонов. Новая жизнь запуталась в кружевах и узорах: "услуги связи", "крестьянин и садовод", "продукты", "удача", "клея"! Все склеено клеями. Сейчас эти "клея" подмалевывают избяные Кимры красками, то добавят ультрамарина, то зеленки плеснут. Постыдно-розоватый, практически цвет "ню" обвенчался с "нотариусами".

А белая башенка с балконом и крыльцо практически васнецовские. Она ни с кем не подружилась. И потому избенку регулярно силами окрестных любителей русской старины поджигают. А может, и пускай его - поджигают. Я бы и сам спичечку поднес к этому домику с резной башенкой и беседкой, у которой крыша усеченным конусом, в 3 окна с практически готическими ставенками. Так как нельзя быть красивой такой!

Так как новая жизнь и сказка новая: клея, ураган, огромной горчичного цвета щит, прикрученный шурупами к фонарному столбу. А в нем разблюдовка стоимости такси - док 150; Зарека ДК 60; Бургора 100; Чернигово 80-100. Оно, безусловно, хочется немедля укатить в Бургору за 100. Уж больно пронзительно и печально звучит она, как пионерский горн. И всего стольник, чтоб заметить, как некто бурит гору или еще что. В то же время, и Зарека ДК манит дешевизной. Вроде зарок какой дает. Зарекается не пить, с понедельника жизнь новую начать.

3 комментария

  • Андрей:

    Это кто там на Бургору из центра вечером за 100 руб везет? Напишите номер его телефона личного .. вдруг пригодится.

  • Андрей:

    может и неплохо , но цены на такси не соответствуют действительности . От центра в микрорайон 100 днем, вечером 120. От «Жемчужины» до микрорайона вечером 150 руб. и то если повезет поймать, через диспетчера невозможно вызвать с 23.00. В Дубне такси больше, цена дешевле и вызвать можно всегда за пару минут.

  • ivanuhka:

    Не все так плохо на самом деле.

Добавить комментарий

Пожалуйста, обратите внимание: Спасибо! Ваш комментарий ожидает проверки.